Игры по чужим правилам [СИ] - Марина Ефиминюк

Не ведьма — вампирша! Надеюсь, что она тяпнет себя за язык острым клыком и отравится источаемым ядом!

— То есть, — Зак энтузиазмом прожевал кусочек хлеба и уточнил деловым тоном: — ты будешь жить в Гнезде, помогать писать книгу, и все удовольствие совершенно бесплатно?

— Ну, да. — Гостья недоуменно моргнула, пытаясь вычислить в словах соседа подвох.

— Почти как приживалка? — невинно заметила я.

Личико девушки вытянулось. Незаметно для остальных Заккари подмигнул мне. Похоже, вести себя, точно заговорщики, у нас уже входило в дурную привычку.

— Кстати, — с беспечным видом блондин указал в мою сторону вилкой, — наша Александра не живет в Гнезде, только изредка гостит. Обидно, потому что она бывает восхитительно забавной в гневе. Прямо как сейчас.

Скрипнув зубами, я мысленно пожелала ведьмаку катиться к черту.

— Молодые люди, что здесь, в конце концов, происходит?! — от раздражения покрываясь красными пятнами, вопросила Аида.

— Объясняем Маргарите наши запутанные отношения. — С деланным удивлением выгнул темные брови пасынок, мол, чего тут непонятного. — С ходу и не разберешься, кто — кого ненавидит или в аварии спасает…

Он многозначительно примолк.

Вот, оно и случилось! В жизнь воплощались все мои самые страшные кошмары: красавица-ведьма в особняке, возвращение заклятого врага, неодобрение сдержанной матери Филиппа. Для полного «счастья» оставалось, чтобы все узнали о страшном видении!

— Сашенька, — вымолвила Аида напряженным голосом, — не могла бы ты найти Филиппа?

«И закончим этот балаган», — добавила я про себя. Хозяйка дома всегда решала выходившие из-под контроля ситуации подобным способом — удаляла раздражающий элемент. Сейчас она отсылала меня.

— Конечно. — Я поднялась. Стоило повернуться к родственникам Вестичам спиной, как любезная улыбка погасла. Отвратительный вечер, хуже не придумаешь!

Однако ужин оказался лишь прелюдией к настоящему скандалу. С приближением к библиотеке до меня все явственнее доносился знакомый гнусавый голос: «Рыжая — это девушка из «Людей Х»! Она махнула руками, и джип разбился всмятку!»

Входя в пропахшую дешевыми папиросами комнату, я уже ежилась от дурного предчувствия и искренне жалела, что утаила правду об инциденте. Сунув руки в карманы, Филипп замер у стола перед раскрытым лэптопом. Непроницаемое выражение на лице ведьмака, как нельзя лучше доказывало, что пресловутое «счастье» нагрянуло в нашу мирную жизнь быстрее, чем мне хотелось бы. Отлично!

Вестич поднял холодный взор.

— И когда ты собиралась мне рассказать?

— Я не собиралась, — честно призналась я. — Не знаю, почему ты не увидел этого воспоминания.

— Может быть, потому что ты его скрыла? — вкрадчиво вымолвил Филипп. Не оставалось сомнений, что парень едва держит себя в руках.

— От тебя невозможно что-то скрывать, да я и не умею.

Крышка лэптопа со щелчком захлопнулась. Голоса в динамиках смолкли, и в комнате повисло тяжелое молчание.

— Значит, мило побеседовали, — задумчиво произнес ведьмак, медленно выходя из-за стола.

От замечания у меня вспыхнули щеки. Враз вспомнилось, как колоритно мы с Заккари выглядели в ролике.

— Звонил Старейшина Громов. Он требует объяснений, — насторожившим меня дружелюбным тоном поделился Филипп. — Я тут подумал, если вы так отлично спелись с моим братом, то, может быть, выступите на следующем Совете Хозяев дуэтом? Искренне надеюсь, что все оценят.

— Ты передергиваешь! — задетая обидным выпадом, воскликнула я. — Я знала, что ты расстроишься, и поэтому не стала ничего говорить об аварии.

— Очень мудро, — протянул тот, — но теперь я вовсе не расстроен, а по-настоящему зол. Ты попадаешь в аварию, и я узнаю об этом от Главы Совета! Уму непостижимо!

Он застыл посреди комнаты и смотрел исподлобья, зло, жестко и с ненавистью. Никогда мне не приходилось видеть у него такого взгляда! Филипп казался незнакомцем, даже внешность изменилась, приобретя нечто бесовское, словно все внутренние демоны ведьмака выбрались наружу.

Я невольно отшатнулась. Наваждение прошло через секунду, но неприятный осадок остался.

— Каждый раз, когда появляется Зак, что-то происходит! — Обвинительно заявил Вестич. — И каждый раз вы оба участвуете в этом! Ты хотя бы представляешь, чем ваше приключение может закончиться для семьи?

— Если ты не заметил, твой брат спас мне жизнь! — из последних сил сохраняя хладнокровие, воскликнула я.

— По-моему, неплохой задел для прочной дружбы, — раздался из дверей в библиотеку ироничный смешок блондина. Он стоял, прислонившись к косяку, и кривил губы в ехидной ухмылке. — А вот вопрос на миллион очков: что важнее, Фил, жизнь твоей милой человеческой подруги или спокойствие твоей ведьмовской семьи?

Я задохнулась от возмущения.

— Не смешно! — меняясь в лице, сквозь зубы процедил Филипп. — Ответ очевиден, Зак! Но в любом деле существует альтернатива!

— Конечно, — охотно согласился тот. — В нашем случае было целых две альтернативы. Одна из них — позволить твоей девушке умереть. Я сделал неверный выбор?

— Заккари, ради бога, помолчи! — багровея, процедила я. — Сейчас ты делаешь только хуже!

— Ох, я же говорю, что ты мила в гневе. — С фальшивым одобрением он поцокал языком. Шут гороховый! — Но это уже закономерность, что для влюбленных в Фила девчонок все заканчивается плохо. Как прошло убийство, старик? Малышка превратилась в человека?

Какое еще убийство?!

Филипп побледнел, на лице ходили желваки, а глаза… Глаза затянула черная глянцевая пленка — ни зрачков, ни белков. Как и всегда, от лика Хозяина на меня напала оторопь.

— О, Александра не знает о ритуальном убийстве Снежаны? — понимающе протянул Зак, словно не замечая страшных изменений в противнике.

Это было выше моих сил! Блондин открыто провоцировал брата и пытался втянуть в перепалку меня!

— Разбирайтесь здесь сами! — Не собираясь превращаться в центральную фигуру их конфликта, я развернулась и, толкнув ухмылявшегося Зака плечом, вышла. За спиной воцарилось удивленное молчание.

После всего случившегося у меня не возникало желания оставаться в Гнезде на ночь. Не хватало еще до утра выяснять отношения! Внутренне я содрогалась от мысленного образа Филиппа. Незнакомый и ужасающий чужак! Нет, конечно, мне приходилось наблюдать у него вспышки злости — в самом начале, Сила Хозяина делала его характер невыносимым — но никогда он не терял человеческого лица. Сегодня грань оказалась стерта.

Я поспешно натягивала куртку, когда расстроенный Филипп появился в холле.

— Саша, погоди.

— И не подумаю! — Намотав на шею шарф, я поняла, что пахнущая мужским одеколоном вещь принадлежала кому-то из братьев, и в раздражении сдернула его с шеи.